Showing results for "I" in Russian & Soviet

“BEST NONFICTION BOOK OF THE 20TH CENTURY.” —Time Volume 1 of the gripping epic masterpiece, Solzhenitsyn's chilling report of his arrest and interrogation, which exposed to the world the vast bureaucracy of secret police that haunted Soviet society. Features a new foreword by Anne...

“BEST NONFICTION BOOK OF THE 20TH CENTURY.” —Time “It is impossible to name a book that had a greater effect on the political and moral consciousness of the late twentieth century.” —David Remnick, The New Yorker The Nobel Prize winner’s towering masterpiece of world literature...

“BEST NONFICTION BOOK OF THE 20TH CENTURY.” —Time Volume 3 of the Nobel Prize winner’s towering masterpiece: Solzhenitsyn's moving account of resistance within the Soviet labor camps and his own release after eight years. Features a new foreword by Anne Applebaum. “The greatest and...

“BEST NONFICTION BOOK OF THE 20TH CENTURY.” —Time Volume 2 of the Nobel Prize-winner’s towering masterpiece: the story of Solzhenitsyn's entrance into the Soviet prison camps, where he would remain for nearly a decade. Features a new foreword by Anne Applebaum. “The greatest and most...

Маленькая коммуна, закрытая со всех сторон непроходимой чернотой, населённая людьми современными, но с домами двенадцатого века. Социальный эксперимент хозяев Стикса, где умения компенсируют недостаток технического развития.

Добро пожаловать в Стикс! Здесь ты больше не вершина эволюции. Здесь ты либо питательный корм для полчищ вечно голодных чудовищ, либо кандидат на становление одной из этих тварей.

Стикс. В этом мире нет ничего постоянного. Он, словно лоскутное одеяло, собран из фрагментов бесчисленных миров мультивселенной. Загадочные древние развалины, творения неведомых цивилизаций, соседствуют в нем с обычными пятиэтажными домами, и величественными небоскребами.

"Выжить любой ценой" - известная и понятная истина. "Остаться человеком", это абстрактное понятие, очень похожее на пропагандистский штамп, - какое у него реальное наполнение?

В Стиксе тысячи дорог и на каждой из них притаилась смерть. Награда в этой безумной лотерее - возможность прожить еще несколько дополнительных дней. Но хватит ли твоей удачи, чтобы стать по-настоящему бессмертным?

Kak raskryvayutsya klyuchevye idei romana v ego syuzhete i personazhah. Krov' po sovesti. Golos realnosti i golos sovesti. Kak prigovorennyi k kazni. V zerkale "razumnogo egoizma". Otverzhenie milosti. Sledovatel novogo tipa. Vechnost' Svidrigailova. Beskonechnye istochniki zhizni.

Balmont's lyrical prowess shines through his poignant verses, offering listeners a profound exploration of themes such as love, nature, spirituality, and the human experience. With exquisite language and evocative imagery, Balmont's poems evoke a range of emotions, transporting listeners into a world where beauty and introspection intertwine.

Сумрак и его верные друзья продолжают осваивать заброшенные земли. Теперь у них есть город, ресурсы, налажена торговля. Всё хорошо, приток переселенцев постоянный, еды в достатке, да и с оружием проблем нет. Вот только на горизонте вновь маячит тень врага. Грядёт война и под угрозой всё, что было так заботливо создано.

Dostoevsky pishet svoyu versiyu romana "Ottsy i deti". Roman-haosmos. Kompozitsiya i svyasuyushiy geroi. Deti i otsy. Dvoynichestvo porozhdaet tragediyu. Pushkinskiy sled. Shekspirovsky sled. Spasitelny moment very.

Osobennosti predstavlenia natsionalnyh harakterov i tipazhey v proze I.S. Turgeneva. Analiz krovi personazha. Vysshaya forma narodnogo samosoznaniya. Natura i vospitanie. Tri printsipa natsionalnoi kharakterologii Turgeneva.

Je n'avais pas encore onze ans, lorsqu'au mois de juillet on m'envoya passer quelque temps aux environs de Moscou, dans une terre appartenant à un de mes parents, M. T***, qui continuellement réunissait alors chez lui une cinquantaine d'invités, peut-être même davantage ; car, je dois le dire, ces souvenirs sont lointains !