Showing titles in Biographical Fiction

Прошел почти год с тех пор, как я прислушался к зову своего сердца и покинул родной город, оставив в нем все, что было так дорого. В дороге я понял, что счастье — это люди и обыкновенные разговоры с ними. Это прогулка по спящему городу с теми, кто готов разделить с тобой любое приключение. Счастье — это принятие себя, своих страхов и заблуждений. И вот спустя десять месяцев и четыре дня поезд наконец везет меня в сторону дома. Но ждут ли там моего возвращения? Эта книга хранит в себе мои воспоминания.

Boxweltmeister Max Schmeling riskiert alles für seine Liebe zu Anny Ondra. Max Schmeling mag der "Champion of the World" sein, die erfolgreiche Schauspielerin Anny Ondra von sich zu überzeugen stellt den schüchternen Hünen jedoch vor große Probleme. Als es ihm endlich gelingt, werden die beiden zum Traumpaar der deutschen Öffentlichkeit. Doch der Ruhm birgt seine Schattenseiten: Die NS-Führung will Max für ihre Propaganda inszenieren, und die Versuche, seine jüdischen Freunde zu schützen, bringen Max immer mehr in Gefahr, bis er dann an die Ostfront geschickt wird.

Новая долгожданная книга Елены Колиной — это сюрприз в блестящей обертке: снаружи остроумие и легкость, смех и любовь, счастье и несчастья, семейные отношения и нежная дружба, но разворачиваешь — и всё оказывается всерьез: понимание, разочарования, надежды, утраты, сострадание. Неужели с годами у всех нас появляются скелеты в шкафу? Романы Елены Колиной обладают удивительным даром — они дают читателям радость узнавания, понимания и даже облегчения.

Автор книги предлагает читателю окунуться во времена своей молодости — СССР 1970-х годов. Вы сможете проникнуться атмосферой, своеобразием и ритмом жизни того периода. Главным героям предстоит побывать на концерте Муслима Магомаева, увидеть на театральной сцене Владимира Высоцкого в роли Гамлета, познакомиться с поэтом Андреем Вознесенским и пообщаться с любимой женщиной Василия Сталина. А еще их ждет любовь: яркая, непредсказуемая, преодолевающая все преграды того непростого времени.

Le muse sono lì, pronte a suggerirci infiniti modi di comportarci, di sentire, di vivere e anche di sopravvivere al dolore. È tempo di riscoprirle, riportarle alla luce e, se necessario, vendicarle. “Volevo essere Marianne Faithfull”. Questo era il desiderio di Serena Dandini adolescente, mentre, in una grigia aula scolastica, sognava di vivere le gesta trasgressive di quella che aveva eletto come sua musa personale. Perché, da sempre, le muse sono necessarie. Ma se agli albori della civiltà i poeti invocavano dee per farsi ispirare, con il passare del tempo il ruolo di musa è stato affidato a delle mortali.

Teheran, 1979. Behsad, giovane rivoluzionario comunista, lotta per un nuovo ordine dopo la cacciata dello Scià. Ci trascina nelle sue azioni clandestine, ci confessa le sue speranze per un nuovo Iran e ci racconta come, nel cuore della lotta, abbia incontrato l’amore della sua vita, Nahid. Dieci anni dopo, Behsad e Nahid si trovano in Germania. Insieme ai loro figli, Laleh e Morad, sono fuggiti dall’Iran dopo l’ascesa al potere di Khomeini. Di notte tutto è silenzio a Teheran racconta quattro decenni di un popolo in lotta.

Erich Mühsam war ein anarchistischer Dichter, den deutsche Nazis ermordeten und dessen Bücher sie verbrannten. Erich Mühsam war den Nazis, aber auch allen anderen Anhängern eines deutschen Obrigkeitsstaates als Jude, als Antifaschist, als Dichter des Klassenkampfes und als geistiger Anführer der Münchener Räterepublik verhasst. Vor allem war er ihnen jedoch verhasst, weil er bis zuletzt an der Utopie einer befreiten Menschheit festhielt. Und weil der Antisemitismus in Deutschland und in ganz Europa bis heute eine widerwärtige Zeiterscheinung ist, ist das Werk Erich Mühsams bis heute aktuell.

Uma investigação sobre o segredo que moldou a vida de um homem, um romance especulativo, uma biografia fotográfica e, ao mesmo tempo, um relato autobiográfico que suscita, sem necessariamente responder, importantes questões: é possível conhecer alguém? É possível escrever uma vida? É possível narrar o outro sem narrar a si mesmo? "Quando eu tinha vinte anos, minha mãe avisou que meu tio-avô viria morar com a gente. Ele era, como se dizia na época, 'esquisitão': um tipo calado, um solteirão convicto, alguém que morou a vida inteira de favor no quartinho de fundos da irmã mais nova.

Published in 1928, Orlando is a fictional biography that spans several centuries and follows the protagonist, Orlando, an Elizabethan nobleman who undergoes a mysterious gender transformation. The novel explores themes of gender identity, fluidity and the constraints imposed by societal norms. It challenges traditional notions of gender roles and raises questions about the nature of identity and the passage of time.

Set in the 10th century, The Last Israelite tells the true story of Eldad the Danite who came from Africa and claimed to be from one of the the Lost Ten Tribes of Israel.

Depois da Primeira Guerra Mundial, a família Loibl deixou a Alemanha, devastada pela guerra, e veio para o Brasil. Em 1938 os Loibls resolveram retornar ao seu país, encantados com as promessas do partido de Hitler, que chegara ao poder. Entretanto, não poderiam jamais imaginar as agruras que sofreriam em seu país de origem. Rudolf, o filho nascido no Brasil, sofria constantes agressões na escola, por ser considerado inimigo do Estado alemão. Não havia trabalho, uma hiperinflação afetava o comércio, e o clima era de medo e constante opressão.

Aus dem Urlaub nach Wien zurückgekehrt findet der Schriftsteller R. den Brief einer ihm unbekannten Frau vor, die sich schon früh in ihn verliebt und einst mit ihm drei Liebesnächte verbracht hatte. Dabei ist ein Kind entstanden. R. hat die junge Frau damals rasch für eine andere verlassen, von dem Kind weiß er nichts. Um es zu versorgen, arbeitet die Unbekannte als Prostituierte und hat für Geld später nochmals mit R. geschlafen. Doch der kann sich bei bestem Willen an nichts mehr erinnern.

Удивительная и трогательная история жизни Лейба Гройсмана, авантюриста и заботливого патриарха семейства, гения предпринимательства и просто маленького человека на фоне больших событий XX века. Да, Лейб Гройсман — не самый приметный и далеко не идеальный человек. Но он-таки умел жить, добиваться успеха и всегда заботился о своей семье. Лейб Гройсман двигался вперед, несмотря на все испытания и невзгоды, что подкидывала ему жизнь. И что бы он ни делал, основной движущей силой этого великого комбинатора всегда была любовь — к родителям, жене, детям, племянникам и внукам.

Spanning from the birth of Ulysses S. Grant until his victory over the Confederacy, You, Me, and Ulysses S. Grant gives us an honest portrait of an American hero who struggled to balance love, soldiering, and the attainment of the American Dream.

Even with her privileged life, Lady Hester Stanhope knows that claiming the adventurous life she truly wants will not be easy, thanks to her eccentric father's stifling grip. With the help of her renowned statesman uncle William Pitt the Younger, she takes on the glittering, treacherous heights of London Society. Her formidable intelligence, outspoken opinions, and headstrong determination gain the favor of the beau monde's leading taste-maker Beau Brummell—and she quickly learns to bend the rules of the ton to her own advantage.

Paris 1821, am Institut National des Jeunes Aveugles, Frankreichs nationaler Blindenanstalt: Es ist die "Nachtschrift" eines gewissen Charles Barbier, die den blinden Louis Braille in tiefes Grübeln versetzt. Fasziniert streicht der Junge mit den Fingerkuppen über die erhabenen Zeichen und stellt sich die eine Frage: Ist diese Schrift, die ursprünglich als Geheimschrift für das Militär ersonnen war, etwa das Vehikel in die Freiheit? Und siehe da – nach anfänglichen Schwierigkeiten gelangt er zu sechs einfachen erhabenen Punkten.

Der sechsjährige Gottfried verliert im Sommer 1932 seinen Vater durch eine Explosion im Eisenwerk. Gottfried, seine Mutter und die vier Geschwister kämpfen sich gemeinsam durch die schwere Zeit. Dann drängt sich der Nationalsozialismus immer mehr in den Alltag der Menschen... "Der Himmel und die Luft zum Atmen" erzählt die wahre Geschichte des Gottfried aus Maxhütte, der den Leser als Sohn, Hitlerjunge, Lehrbub, Soldat, Gefangener und Verliebter auf mitreißende und persönliche Art durch die Zeit unserer Großväter in Deutschland und der Oberpfalz führt.

El escritor emprende un viaje a pie por el condado de Suffolk, en la costa este de Inglaterra, para llenar el vacío que se ha apoderado de su interior al haber concluido un trabajo importante. Mientras contempla paisajes solitarios y pequeñas poblaciones costeras se topa con vestigios de un pasado que le remite a la totalidad del mundo, enmarcado en multitud de épocas, espacios y personajes diferentes. Sebald funde magistralmente la autobiografía con la historia y con historias, anécdotas, conjeturas y recuerdos a caballo entre la realidad y la ficción, en los que la civilización y la naturaleza se muestran en sus variedades más amplias.

Los emigrados es una meditación sobre la memoria y la pérdida: un relato melancólico, nada épico, sobre el desarraigo, la desesperación y la muerte. Sebald recrea las vidas de cuatro exiliados –o cinco, si se incluye su propio autorretrato indirecto– a través de lo que narran ellos mismos, de recuerdos ajenos, fotografías y objetos encontrados.

Deux histoires apparemment sans lien entre elles, mais deux histoires tout de même. Un épisode sur un écrivain et un autre du même acabit, il fallait le faire. C’est sans compter que ces deux histoires tuent sans vergogne… Enfin, en quelque sorte.