Soviet Science

In September 1984, Lisa Paul, an American college student and nanny living in Moscow, entered Inna Meiman’s house for her first Russian language lesson. And so began a two–year friendship and a fight for Inna’s life. In Swimming in the Daylight, Lisa chronicles her friend’s struggle to shed her refusenik status, obtain a visa to America, and find medical treatment for her malignant cancer. Inna endured a perverse reality as a citizen of the Soviet Union....

In 1949, a newly minted branch of the CIA (the precursor of today’s National Clandestine Service), flush with money and burning with determination to roll back the Iron Curtain, embarked on the first paramilitary operation in the history of the agency. They hatched an elaborate plan, coordinated with the British Secret Intelligence Service, to foment popular rebellion and detach Albania, the weakest of the Soviet satellites in Europe, from Moscow’s orbit. The operation resulted in dismal failure and was shut down by 1954.

The renowned fantasy and science fiction writer China Mieville has long been inspired by the ideals of the Russian Revolution, and here, on the centenary of the revolution, he provides his own distinctive take on its history. In February 1917, in the midst of bloody war, Russia was still an autocratic monarchy: nine months later it became the first socialist state in world history. How did this unimaginable transformation take place? How was a ravaged and backward country, swept up in a desperately unpopular war, rocked by not one but two revolutions?

Russia is famous for its vodka, and its culture of extreme intoxication. But just as vodka is central to the lives of many Russians, it is also central to understanding Russian history and politics. In Vodka Politics, Mark Lawrence Schrad argues that debilitating societal alcoholism is not hard-wired into Russians' genetic code, but rather their autocratic political system, which has long wielded vodka as a tool of statecraft. Through a series of historical investigations stretching from Ivan the Terrible through Vladimir Putin, Vodka Politics presents the secret history of the Russian state itself.

Winner of the Pulitzer Prize One of the Best Books of the Year: The New York Times From the editor of The New Yorker: a riveting account of the collapse of the Soviet Union, which has become the standard book on the subject. Lenin’s Tomb combines the global vision of the best historical...

Durante más de medio siglo y hasta su abolición en 1991, el Comité para la Seguridad del Estado (KGB), conocido también en el mundo del espionaje como ‘El Centro', dirigió una auténtica guerra de espías desde la Segunda Guerra Mundial hasta el fin de la Guerra Fría. Pero no solo el KGB significaba el enemigo para la CIA o el MI6, sino también el terror para miles de ciudadanos de la antigua Unión Soviética. El 'escudo y la espada' (símbolo del KGB) a través de sus agentes y espías fueron sin duda alguna la vanguardia de la defensa de unos valores que dejaron de serlo abruptamente en 1991.

Мастер и Маргарита — последняя книга Булгакова, которую считают его духовным завещанием. Сочетая в одном произведении реальный мир и фантастику, сатирическое описание быта и философские размышления, Булгаков продолжил традиции русской и европейской литературы. Другими известными произведениями писателя являются Белая гвардия, Собачье сердце, Театральный роман, Записки на манжетах, Роковые яйца, Записки юного врача, Дьяволиада.

Western interpretations of the Cold War--both realist and neoconservative--have erred by exaggerating either the Kremlin's pragmatism or its aggressiveness, argues Vladislav Zubok. Explaining the interests, aspirations, illusions, fears, and misperceptions of the Kremlin leaders and Soviet elites, Zubok offers a Soviet perspective on the greatest standoff of the 20th century.

From an award-winning historian and Chernobyl survivor, a visceral account of the worst nuclear accident in history. "Vividly empathetic." —Wall Street Journal On the morning of April 26, 1986, Europe witnessed the worst nuclear disaster in history: the explosion of a reactor at the Chernobyl...

An urgent analysis of the battle between Russia and the West and an exposé of Putin’s Russia, by a former Kremlin insider. "I'm a fairly calm fellow; I don't usually get wound up about things. But I was, let's say, concerned when I tuned into the Moscow Echo radio station and heard that the...

В человеческом обществе фаллос считается символом могущества и власти, и мы привыкли думать, что у этого представления есть крепкая биологическая основа. Научный журналист Эмили Уиллингем, рассказывая о ритуалах спаривания и пенисах животных, показывает, что у природы на этот орган были совсем другие планы, и создавался он не для того, чтобы его обладатели были наделены какими-либо преимуществами.

L’interferenza nelle elezioni americane, il sostegno alle forze populiste in Italia e in tutta Europa, la guerra in Ucraina. Negli ultimi anni, la Russia di Vladimir Putin ha condotto una poderosa campagna per espandere la sua influenza e indebolire le istituzioni occidentali. Come è potuto accadere? E, soprattutto, chi si nasconde dietro questo piano ambizioso? Catherine Belton, giornalista investigativa già corrispondente da Mosca, racconta la storia segreta dell’ascesa al potere di Vladimir Putin e del ristretto gruppo di ex agenti del KGB che lo circonda.

America is in a new Cold War with Russia even more dangerous than the one the world barely survived in the 20th century. All of this is exacerbated by Washington’s war-like demonizing of the Kremlin leadership and by Russiagate’s unprecedented allegations. US mainstream media accounts are highly selective and seriously misleading. American “disinformation”, not only Russian, is a growing peril.

Добро пожаловать в Стикс! Здесь ты больше не вершина эволюции. Здесь ты либо питательный корм для полчищ вечно голодных чудовищ, либо кандидат на становление одной из этих тварей.

Seit Jahren nehmen Zensur und Repression in Russland zu. Nur wenige wissen, wie es um die russische Gesellschaft und ihre Führung wirklich bestellt ist. Informationen darüber werden systematisch unterbunden. Wie kaum jemand sonst verfügt die Osteuropa-Expertin des Deutschlandfunks über langjährige Einblicke in den von Putin diktatorisch geführten Staat. Schwindet die Macht des Kremlchefs? Wer sind die neuen politischen, militärischen und ökonomischen Akteure? Was halten Russinnen und Russen von ihrem Land? Gibt es Grund zur Hoffnung, oder treibt die Nation in den Abgrund?

Он стал правителем не по праву рождения, а по праву меча, и много лет повелевал сильнейшей из Четырех Империй, повергая и внешних, и внутренних врагов. Но наступил день, когда в его столицу пришел четырнадцатилетний юноша из горного клана воинов. Пришел, чтобы занять Трон Императора.

Хищник уже немного привык к жизни среди двуногих и даже обзавёлся другом, вот только проблемы продолжают сыпаться со всех сторон. Всем-то он нужен, всем-то он важен. Хург, голова пухнет от обилия событий!

В Стиксе тысячи дорог и на каждой из них притаилась смерть. Награда в этой безумной лотерее - возможность прожить еще несколько дополнительных дней. Но хватит ли твоей удачи, чтобы стать по-настоящему бессмертным?

Мир Нинеи - это конвейер. Конвейер ее Величества Смерти. Он с легкостью вбирает и перемалывает десятки тысяч жизней ежечасно. Облизывается и орет: "Еще, еще и еще!". Тут социальный статус определяет сила и…кровь. Первое зачастую следствие второго.

Маленькая коммуна, закрытая со всех сторон непроходимой чернотой, населённая людьми современными, но с домами двенадцатого века. Социальный эксперимент хозяев Стикса, где умения компенсируют недостаток технического развития.