Showing titles in Russia

Династия Романовых правила Россией более 300 лет. О последних представителях царствующей семьи говорят по-разному. Кто-то их любит и почитает, а кто-то винит во всех трагедиях, произошедших с Россией в начале XX века, возлагая на них ответственность за гибель империи. Однако и те, и другие, говоря о последних Романовых, в первую очередь имеют в виду Николая II и Александру Федоровну. А ведь венценосная пара - лишь верхушка правящей династии.

Судьба русского историка искусства и литературы Виктора Александровича Никольского (1875–1934) была непростой. Искусствовед погружался в древнерусский декоративный мир, живопись В.И. Сурикова, творчество П.П. Кончаловского и А.В. Куприна. Двухтомный труд В.А. Никольского о русском искусстве планировали издать в одной из лучших типографий И.Д. Сытина в 1915 году. Но если автор и сумел закончить свою рукопись, когда пожар Первой мировой войны уже разгорался по всему миру, русские издатели не смогли ее выпустить в полном объеме.

In this groundbreaking account, Kimmo Rentola traces the epochal shifts in Soviet-Finnish relations. From the Winter War to Finland's exit from World War II in 1944, a possible Soviet-backed coup in 1948, and Moscow's designation of Finland as an enemy state in 1950, Finland was forced to navigate Stalin's outsize political and territorial demands. Rentola presents a dramatic reconstruction of Finland's unlikely survival at a time when the nation's very existence was at stake.

The State and Revolution (1917), by Vladimir Lenin, describes the role of the State in society, the necessity of proletarian revolution, and the theoretic inadequacies of social democracy in achieving revolution to establish the dictatorship of the proletariat. Lenin began the composition of an early draft of State and Revolution while in exile in Switzerland in 1916, under the title "Marxism on the State". "Soviets", legislative bodies of workers and peasants were the de facto governments of Petrograd and many smaller cities.

Assim são os russos, descritos neste audiolivro com carinho por um autor brasileiro que os conhece de perto.

В этой книге историк и культуролог Лев Бердников рассказывает о феномене русского шутовства. Галерею персонажей открывает «Кровавый Скоморох» Иван Грозный, первым догадавшийся использовать смех как орудие для борьбы с неугодными и инакомыслящими. Особое внимание уделяется XVIII веку – автор знакомит читателя с историей создания Петром I легендарного Всешутейшего Собора и целой плеядой венценосных паяцев от шута Балакирева и Квасника-дурака до Яна Лакосты и корыстолюбивого Педрилло, любимца императрицы Анны Иоанновны.

В Питер стекались те, у кого с удачей была напряженка. Им казалось, что приехать сюда стоило только ради того, чтобы тебе фартило всю оставшуюся жизнь. Они еще не знали, что совсем скоро Питер проникнет в их дом, в их постель, он будет все время рядом; куда бы они ни уезжали от этого города, он будет сидеть у них под кожей, как у героев этой истории, где отношения на завтрак, обед и ужин не только со вкусом белых ночей, но и с привкусом серых будней.

В истории Углича Смута, охватившая всю страну как следствие неясной гибели царевича Димитрия и появления самозванцев, оставила глубокий и трагический след. По свидетельству местных историков, поляки неоднократно подходили к городу. В повести Константина Масальского рассказывается об одной из таких попыток польско-литовских войск захватить русский город Углич.

Bloomsbury presents Putin and the Return of History by Martin Sixsmith, read by Jonathan Keeble. An original history of Russia's thousand-year past, tracing the forces and the myths that have shaped Putin's politics and rekindled the Cold War. Vladimir Putin’s invasion of Ukraine has reshaped...

Bloomsbury presents Russia’s Wars in Chechnya by Mark Galeotti, read by Jonathan Oliver. Written by a leading expert on modern Russia, this is an introduction to the bitter campaigns in Chechnya. In this new edition of his popular 2014 work, Mark Galeotti traces the progress of the wars in...

По всей нашей стране разбросано огромное количество исторических памятников. Большой объём культурного наследия России сегодня находится под угрозой.

A history of Russia in the twentieth century unlike any other—from the Russian revolution to the oligarchs of the '90s, via the Holodomor, the siege of Leningrad and Chernobyl.

Beginning with the death of Stalin in 1953, the "sixties" era in the Soviet Union was just as vibrant and transformative as in the West. The ideological romanticism of the revolutionary years was revived, with renewed emphasis on egalitarianism, equality, and the building of a communist utopia. Mass terror was reined in, great victories were won in the space race, Stalinist cultural dogmas were challenged, and young people danced to jazz and rock and roll. Robert Hornsby examines this remarkable and surprising period.

Brought to you by Penguin. A revelatory eyewitness account of Russia’s invasion of Ukraine and heroism of the Ukrainian resistance by Pulitzer Prize finalist Yaroslav Trofimov, the chief foreign-affairs correspondent for The Wall Street Journal. Since Russia invaded Ukraine in February 2022...

The future of Russia lies outside the country. Since Vladimir Putin ordered the invasion of Ukraine, some one million Russians have fled the country and gone into exile. Motivated by opposition to the war, by guilt for their country’s deeds, by personal hatred for the Czar-like Putin, and by a...

¿Puede alguien entender realmente a Rusia? Mark Galeotti, uno de los principales expertos del mundo en ese país, lo demuestra en este libro utilizando la fascinante historia de la nación para iluminar su futuro. Rusia es un país sin fronteras naturales, sin una etnia única, sin una verdadera identidad central. En la encrucijada de Europa y Asia, es el «otro» de todos. Pero, sin embargo, es también una de las naciones más poderosas de la tierra, una pieza clave en la escena mundial con una rica historia de guerra y paz, poetas y revolucionarios.

Audiobook "Ostatnia caryca Rosji. Jej listy do cara i czasy więzienne" to klasyczne dzieło, powstałe w 1924 roku, ukazujące sylwetkę oraz sposób myślenia i odczuwania ostatniej carycy Rosji, Aleksandry Fiodorowny Romanowej. Zachowana korespondencja dowodzi, w jak wielkim stopniu była ona pod urokiem Rasputina. Dalsza część publikacji przybliża ostatnie, tragiczne miesiące życia rodziny carskiej po abdykacji Mikołaja II.

Audiobook „Przewrót bolszewicki" ukazuje kulisy przejęcia władzy w Rosji przez komunistów. Kiedy w końcówce pierwszego kwartału 1917 roku rewolucja lutowa doprowadziła do utworzenia się dwuwładzy, mało który Rosjanin mógł przypuszczać, że już siedem miesięcy później kolejna rewolta spowoduje ponowną radykalną zmianę otaczającej obywateli rzeczywistości. Publikacja po raz pierwszy pojawiła się w druku w latach 30. XX wieku.

Russia and China, the largest and most populous countries in the world, respectively, have maintained a delicate relationship for four centuries. In addition to a four-thousand-kilometer border, they have periodically shared a common outlook on political and economic affairs. But they are, in essence, profoundly different polities and cultures, and their intermittent alliances have proven difficult and at times even volatile. Philip Snow provides a full account of the relationship between these two global giants.

Defectors fleeing the Soviet Union seized the world's attention during the Cold War. Their stories were given sensational news coverage and dramatized in spy novels and films. Upon reaching the West, they were entitled to special benefits, including financial assistance and permanent residency. In contrast to other migrants, defectors were pursued by the states they left even as they were eagerly sought by the United States and its allies. Defectors follows their treacherous journeys and looks at how their unauthorized flight via land, sea, and air gave shape to a globalized world.